mr_aug

Человек-лягушка

«В чем разница между Богом и человеком? Бог не считает себя лягушкой!». Это старое выражение о корпусе людей-лягушек, который вместе с корпусом егерей считается лучшим из лучших в датской обороне. Два легендарных подразделения специального назначения сегодня находятся под одним военным руководством и используются для решения секретных задач в тылу врага, например, в горячих точках мира.

Обучение в корпусе занимает 9 месяцев с рабочими неделями продолжительностью до 80 часов, в течение которых проводятся подводные взрывные работы, стрельба и передовые методы ведения боя и выживания, прыжки с парашютом, погружения на разную глубину днем и ночью, гребля на байдарке и резиновой лодке, плавание на большие расстояния в морской воде и многое другое.

В 1990-х годах подготовка людей-лягушек считалась одной из самых сложных в северном полушарии, и лишь небольшой группе в возрасте от 19 до 27 лет удавалось пройти через «игольное ушко» вступительного экзамена. Осенью 1994 года из 300 претендентов осталось только 13, включая Кронпринца Фредерика. Общая педагогическая философия вступительного экзамена довольно проста: только при максимальном давлении на мужчину проявляется его истинный характер.

Фредерик: в корпусе говорят, что ты должен родить в себе мужчину. Я помню, как одна умная женщина сказала мне: «То, через что ты там прошел, равносильно родам, через которые ты никогда не проходила сам, потому что родился с помощью кесарева сечения». Я не могу это доказать, но и не собираюсь оспаривать теорию этой женщины, как минимум, потому что это моя мама.

Обучение длится столько же, сколько и беременность, и каждый год в ноябре курс заканчивается специальным ритуалом на пляже в Конгсёре. Небольшая горстка бойцов, выдержавших 9 напряженных месяцев, стоит по пояс в воде, где поет первый и последний куплеты песни «На востоке восходит солнце», которую они пели каждое утро в течение последних месяцев. Теперь им предстоит пролезть под балкой. Дрожа от холода, физически и морально разбитые после выпускного экзамена на прошлой неделе, бойцы бросаются на сушу и голыми руками начинают рыть тоннель под длинной дубовой балкой, глубоко вросшей в песок. Балка весит 400 кг и носит имя Марен. В течение 9 месяцев бойцы толкали, поднимали и носили Марен на руках в самых разных условиях местности и при любой погоде. Символизм рождения – 20-минутная битва, суть которой выкопать полутора кубометра песка голыми руками, пролезать под балкой и вылезти.

Это великий момент в жизни бойцов, который также запечатлелся в памяти старых поколений людей-лягушек, которые стоят на пляже. Они и сами когда-то были зажаты под балкой, но прямо сейчас они стоят и смотрят, как рождаются новые люди-лягушки. Представители старшего поколения либо продолжили службу в Конгсёре, либо получили ответственные руководящие должности на гражданке, но сегодня они вернулись, чтобы снова увидеть Конгсёре, встретиться со старыми друзьями и отпраздновать новый выводок лягушек. Какое-то время они наслаждаются братством без званий и титулов, в котором всю оставшуюся жизнь при встрече тебя называют только твоим старым прозвищем. Для Кронпринца Фредерика это «Пинго» (пингвин).

Тот день вызывает у Пинго сильные воспоминания. По его мнению, те 9 месяцев, останутся важной вехой в его жизни, разделив ее на «до» и «после».

Это не было внезапным порывом, когда Кронпринц осенью 1994 года записался на вступительные экзамены в корпус людей-лягушек. На самом деле, этот подход был долгим и хорошо продуманным и касался не только встречи с Йеппе Хандверком в 1990 году, но и некоторых ранних мальчишеских мечтаний в Амалиенборге, где появлялись и исчезали сильные мужчины в красивой форме.

Фредерик: мне особенно запомнилось лето 1988, когда корпус егерей пригласил меня и моего брата в Ольборг, чтобы мы могли пройти интенсивную двухнедельную парашютную подготовку, которую проходят все будущие офицеры. Все заканчивается двумя или тремя прыжками с парашютом – вау! Помню среди всех, там выделялся один офицер, который ранее прошел обучение в корпусе людей-лягушек. В его фигуре и манерах была абсолютная уверенность.

Время от времени Фредерик сталкивается с другими людьми-лягушками, и летом 1990 года его приглашают в Конгсёре на курсы дайвинга, которые обычно проходят будущие лягушки. И снова его привлекает спокойствие, а также сильное единство. Эти люди умеют как подчиняться, так и брать на себя руководство, никто из них не хвастается всем, что может и на что осмеливается, и эта мужественность оказывает притягательное воздействие на Кронпринца, который жаждет, чтобы его уважали и признавали за что-то иное, чем то, для чего он был рожден и что однажды унаследует.

Дружба с Йеппе Хандверком завязалась в 1991–92 годах. Именно в эти годы Йеппе знакомится с многогранной личностью Фредерика. С одной стороны Фредерик хочет быть таким же, как Йеппе и все остальные молодые люди, но, с другой стороны, прекрасно понимает, что на нем лежит ответственность, от которой не убежать.

Йеппе Хандверк: впервые я по-настоящему увидел официальную сторону Фредерика летом в Гростене в начале 90-х. Здесь я познакомился с семьей, в которой бросалась в глаза иерархия – кто поднимается первым, берет еду и т.д. Для такого 20-летнего парня, как я, это было ошеломляющим переживанием. Но Фредерик вел себя совершенно естественно, и тогда мне впервые стало ясно, что в нем существует два мира: официальный и совершенно другой, когда он общается с друзьями и знакомыми и находится вне дома, где все должно быть максимально приземленно насколько это возможно. Желательно без пиджака, желательно без красивой одежды, за исключением новогодней ночи. Я думаю, что в годы, предшествовавшие тому, как он попал в корпус людей-лягушек, Фредерик намеренно не был сосредоточен на официальном образе и не прилагал особых усилий к развитию этой стороны своего существа. Он знал, что однажды это проявится само по себе и, вероятно, очень бурно.

В последующие годы в Копенгагене и Орхусе Йеппе всячески продвигал мечты Фредерика об элитном бойце, среди прочего рассказывая о том, что Кронпринц, о котором другим нравится думать, что он беспечный, в облике бойца из корпуса людей-лягушек, будет встречен с огромным уважением и восхищением со всех сторон. Фредерик слушает ободряющие речи Йеппе, и с каждым днем его вера в то, что он сможет добиться большего, чем просто посещать индивидуальные курсы в Конгсёре, растет.

Фредерик: внутри я просто говорил себе, что не выдержу этого. Да, мечтать об этом было приятно, но, чтобы сделать это в реальности? В то время я действительно поддался своей неуверенности, и считал, что не способен на подобное.

Богатым на события летом 1992 года, после очередного визита в Конгсёре, где он участвовал в очередных учениях, один из самых грозных инструкторов корпуса, который несколько лет спустя поможет Фредерику пережить его самый тяжелый кризис в качестве бойца, отводит его в сторону и говорит: «В следующий раз, когда ты придешь сюда - это будет вступительный экзамен» . Фредерик думает, что это шутка, и смеется до упаду, но в то же время он прекрасно понимает, что не может просто приезжать сюда и играть в лягушку. Так что ему есть о чем подумать в 1992-93 годах, когда почти все в жизни Фредерика было незавершенным или находилось в зачаточном состоянии. Он - Кронпринц Дании, который начинает сложный и насыщенный событиями год обучения в Гарварде, а затем вернется домой в Орхус, чтобы написать диссертацию и завершить исследование. Что будет дальше, он пока не знает. Но, вернувшись домой, он начинает рассматривать подготовку в корпусе людей-лягушек, как реальный вариант. В любом случае, это даст ему то, чего ему всегда не хватало: честную оценку своих человеческих возможностей.

Осенью 1994 года Его Королевское Высочество Кронпринц прибыл в Конгсёре и зарегистрировался для сдачи вступительного экзамена, где он, как и другие кандидаты, будет подвергнут тщательному тестированию из серии сложных физических и психологических испытаний и столкновений со стрессом такого уровня, с каким мало кто когда-либо сталкивался в своей жизни. Принц Хенрик считает, что его сын сошел с ума, в то время как Королева Маргрете и глубоко скептичный Пер Торнит, обеспокоены тем, что произойдет, если Фредерик не справится.

Королева Маргрете: Он пришел и рассказал мне о своем желании пройти обучение в корпусе, на что я сказала: «Если ты действительно хочешь этого, то я дам свое согласие, но ты должен взвесить все «за» и «против», и подумать, как будет тебе тяжело, если вдруг ты не захочешь продолжать». Он ответил мне, что в армии говорят, что ты способен сделать в 2 раза больше, чем думаешь сам, и в 10 раз больше, чем думает твоя мать! Я сказала: «К твоей матери это не относится. Она, считает, что ты на многое способен!» (смеется). В конце концов, в то время он постепенно приближался к 30 годам, и тот, Фредерик, которого мы знаем сегодня, зародился именно тогда.

Пер Торнит: Я бросился выяснять, в чем дело, и обнаружил, что обычно из 300 претендентов очень немногие проходят отбор. Риск того, что Фредерик откажется от дальнейшего обучения, составлял 1000%! И если другие могли просто сбежать домой и про них бы забыли, – попытался я объяснить Фредерику, – о тебе скажут, что ты слабак и ничего не можешь: «это останется с тобой на всю оставшуюся жизнь. Это слишком рискованно!». Он ответил мне: «Насрать». «Ну, тогда вперед, - ответил я, - но будь морально готов к тому, что тебе будет не сладко». Для Королевских особ не делают исключений в Конгсёре. Как сказал мне один офицер: «Мы должны сбросить его с торпедного катера в Каттегате, и там уже не имеет значения, Кронпринц он или Папа Римский, потому что если он не сможет этого сделать, то утонет».

Два октябрьских дня 1994 года длятся вступительные экзамены. Как и все остальные кандидаты, Кронпринц был сокращен до номера, в его случае - №24, и к нему, как и ко всем остальным, обращаются на «ты». Это позволяет избегать любых проявлений фамильярности.

За день до вступительных экзаменов в октябре 94-го Кронпринц Фредерик приземляется в Каструпе на самолете из Нью-Йорка, где он 3 месяца провел с датской миссией ООН. Возможно, он и бегал в Центральном парке, но с точки зрения формы он далек от своих лучших результатов. Фредерик быстро замечает это, когда ему вместе с его группой на вступительном экзамене приходится бегать по лесу с 90-килограммовой резиновой лодкой, а затем сидеть на краю лодки и вытаскивать полностью экипированного товарища из воды.

Многочисленные инструкторы из корпуса постоянно наблюдают за абитуриентами в течение двух дней, пока длится вступительный экзамен. Одним из них оказывается Йеппе Хандверк, который, воспринимает Фредерика, не как близкого друга и сына Королевы, а как №24. Кроме того, «№24 принижается по всем правилам искусства унижения, когда рядом Йеппе. Многие абитуриенты осознают свою ограниченность уже в первый день, физически и морально разбитые, они предпочитают сказать «нет» и отложить свою мечту.

№24, однако, держался, но на второй день в какой-то момент его силы были на исходе, и он так сильно нуждался в быстром дополнительном отдыхе – совсем небольшом, быстром – и поэтому остался лежать на лесной подстилке, притворяясь раненым.

Фредерик: внезапно я увидел, как ко мне подходит один из инструкторов: «24»! Быстро подними свою задницу и двигайся дальше! Ты можешь это сделать!» Я был настолько уставшим и изнеможденным, но мне не позволили отдохнуть даже 30 секунд. И голос в моей голове начал говорить мне: «ты не должен подвергать себя таким мучениям!».

Такой же голос звучит и у большинства других абитуриентов. Одного из них зовут Сёрен Бредвиг, и он до этого служил в патруле Сириус в Гренландии. Когда в какой-то момент в первый день вступительных экзаменов Сёрен поддается зову природы, он внезапно оказывается рядом с №24 у писсуаров. Бредвиг бросает взгляд на человека рядом с ним, видит кто это, и ничего не понимает. Что здесь делает будущий Король, грязный и весь в синяках, очевидно, по собственной воле? Глубокое изумление не ослабевает и на следующий день, пока они наконец не узнают о том, что они оба, вместе с еще 11 другими, сдали вступительные экзамены и зачислены в корпус людей-лягушек.

Сёрен Бредвиг: когда я впервые увидел Фредерика, я подумал: «Чувак, что ты тут делаешь? Зачем тебе это?» Я просто не мог этого понять. Кронпринц поступает в корпус людей-лягушек?! Он мог проиграть только потому, что люди понятия не имели, как это тяжело, и, если бы его выгнали, все говорили: «фу, какой неженка!». Я также помню, как подумал: «Ну, если бы я был Кронпринцем, я бы не наказывал себя этой ерундой. Я бы просто купил себе крутую машину и нашел Принцессу!». Тогда я не понимал потребности Фредерика выходить за рамки, быть самим собой и заниматься своими делами.

Сёрен, который позже получил прозвище «Пип», понимает это, когда в январе 1995 года начинается четырехнедельный курс подготовки в военно-морской школе. Первоначальное число абитуриентов из 300 человек теперь сократилось до 13, и некоторые из принятых уже начинают проявлять признаки слабости после напряженных физических тренировок в Конгсёре в течение следующего месяца. Курс, который заложит физическую основу для будущих людей-лягушек, заканчивается печально известной «Адской неделей», вдохновленной «морскими котиками» ВМС США, где в течение пяти дней и пяти ночей, почти без сна, вы должны пройти длинную серию физических испытаний, которые постепенно становятся все труднее и труднее и приводят к тому, что некоторые погибают.

Во время ночных учений бойцы сталкиваются с трудностями как индивидуально, так и в группе, а также вынуждены сами заботиться о себе в дикой природе и питаться насекомыми, корой, древесными улитками и соком деревьев. Здесь Фредерик в своей стихии, ведь еще мальчиком он научился у своего отца разводить костер и ориентироваться в лесу. Уже в возрасте 16 лет он получил лицензию охотника, и с годами он привык передвигаться в одиночку по лесам и чувствовать себя комфортно среди звуков, запахов и меняющегося освещения природы. С другой стороны, Фредерик не привык искать свои вещи самостоятельно, тем более посреди ночи, и поэтому он часто сражается в темноте, чтобы найти внезапно исчезнувшие вещи или предметы.

Сёрен Бредвиг: когда нам нужно было быстро собраться и продолжать путь, Фредерик постоянно не мог найти свои вещи, потому что он привык, что с ним всегда до этого был камердинер, который все готовил для него, чтобы он мог быстро одеться и обуться. Поэтому лучше лишний раз у него спросить «ты взял пистолет?» «ты нашел носок?». Однажды ночью, когда мы были в патруле и должны были переплыть ручей голышом, надеть всю одежду и идти дальше, я услышал, как Фредерик возится где-то за камышами, и вдруг он зажег свет. «О нет, чувак!». Я пополз проверить, что он делает и увидел, что он полуодет. «Пип, ты не видел мой ботинок?». В итоге мне пришлось шарить по камышам вместе с ним, чтобы найти его вещи, и только потом мы перебрались через ручей. Фредерику пришлось гораздо труднее, чем всем нам, привыкшим заботиться о своих вещах самостоятельно.

Следующей вехой в подготовке станет 120-километровый марш в июне, во время которого бойцы должны будут преодолевать по 40 км каждый день менее чем за восемь часов с оружием, полным снаряжением и растущим количеством кровавых мозолей на ступнях. После 120 км, пройденных по Зеландии с юга на север, Пинго не может похвастаться хорошим самочувствием. Ему кажется, что его ноги превратились в фарш, и когда наконец наступают выходные, Фредерик посещает своего врача и тренера по теннису Кристиана фон Бухвальда. Опытный хирург многое повидал, но никогда не сталкивался с мозолями такого масштаба.

Кристиан фон Бухвальд: он спросил, что можно сделать с мозолями, потому что ему было тяжело ходить. Его ноги были похожи на фарш! Мои дети проходили мимо и, увидев это, вздрогнули от ужаса. Многие другие в такой ситуации сказали бы: «Я не могу ходить, мне нужен перерыв!» Но Фредерик был полон решимости, и не собирался останавливаться. И параллельно с его волей в течение всего этого года росла уверенность в себе, которую он взял с собой в дальнейшую жизнь. Он понял, что может, когда нужно! Это учение он также передавал в моей семье, либо моим детям, либо если я говорил: «Я не могу этого вынести!», тогда Фредерик говорил: «Ты можешь сделать гораздо больше, чем думаешь, давай!». В тот год это стало для него мантрой.

Сёрен Бредвиг: Я думаю, мы с Фредериком стали друзьями, потому что нам обоим нравится бичевать себя и быть там, где нам причиняют боль. В тот год он, по сути, играл с кем-то более сильным, чем он сам, а это означало, что у него почти всегда был дефицит физических сил. Я на самом деле думаю, что он не любит ныть, когда находится в центре событий, но еще больше он любит ныть потом, потому что тогда он может сказать: «Да, я сделал это, чувак! Я Кронпринц Фредерик, и я мог бы пить латте весь день, но я, черт возьми, предпочел сделать это!»

Фредерик: в течение первых трех или четырех месяцев я не верил, что смогу дойти до конца. Для меня это был вопрос того, как продержаться неделю до пятницы, когда я смогу выехать за ворота и вернуться домой в Копенгаген на выходные, зная, что мне придется вернуться в понедельник. Вначале это само по себе было огромной победой. И вот проходит неделя, две, три, четыре, пять, восемь, а я все еще там. Я постоянно раздвигал границы внутри себя.

Сёрен Бредвиг: люди так до конца и не поняли, через что пришлось пройти Фредерику. Он буквально свесил задницу в воду, и на него оказывалось давление по всем параметрам, как физическое, так и психологическое. Так что ему действительно пришлось постоять за себя, и то, что он справился, делает его еще более крутым. Я очень быстро выхожу из себя, когда слышу, как кто-то говорит: «О, интересно, он справился с этим только потому, что он Кронпринц?» Они ни черта не понимают, о чем говорят!

Третьей важной вехой в обучении является водолазная часть, которая длится почти три месяца и требует от бойца самоконтроля, самодисциплины и внутреннего спокойствия. Это касается не только плавания на большие расстояния в морской воде и различных видов дайвинга днем и ночью, но и интенсивных тренировок в особо критических ситуациях, которые могут возникнуть под водой. Так, в сентябре 1995 года, на телеканалах TV 2 и DR были показаны несколько видеороликов с участием Пинго. Здесь датчане увидели своего будущего Короля, который, связав лодыжки и руки за спиной, прыгает в бассейн вниз головой и проплывает 25 метров, как бескрылый скат. После этого Пинго садится на дно, задерживает дыхание на две минуты и проплывает 25 метров под водой обратно.

Чтобы смягчить давление СМИ, которое усилилось по мере того, как Кронпринц Фредерик приближался к завершению того, что газеты окрестили «тестом на мужественность», в конце лета 1995 года Корпус людей-лягушек решает снять несколько роликов с участием Пинго в главной роли. Представителей СМИ пригласили в Конгсёре, где командир корпуса, капитан ВМС Могенс Кристенс, и руководитель школы Эсбен Олгрин Педерсен представили видеоролики со словами: «Голливуд — это вымысел, а Конгсёре - реальность».

Журналисты впечатлены. На следующий день B.T. пишет, что «Фредерик стал Суперменом», в то время как заголовок называется: «из Принца в лягушку». Несмотря на то, что пресса знакомится с сосредоточенным, относительно молчаливым Фредериком, ей все же удается узнать историю о том, почему будущий Король Дании носит одно имя с любимым персонажем из книг Расмуса Клампа. Однажды инструктор по дайвингу захотел поиздеваться над учениками и натянул на них костюмы аквалангистов, одновременно закачивая в них 70 литров воды, - рассказывает Кронпринц. «Я выглядел очень похожим на пингвина».

Летом бойцы узнают, что море - настоящая стихия Кронпринца. Его «внутренний компас» и чувство направления под водой, даже в кромешной тьме, показали себя превосходно. На военно-морской базе говорят, что, если в полночь забросить Пинго далеко во фьорд, он всегда вернется домой до рассвета.

Сёрен Бредвиг: Фредерик постепенно становился сильнее. Он был действительно хорош под водой, и у него был перевес в прыжках в воду, в то время как при беге на длинные дистанции ему было тяжело. Я видел, как он несколько раз плакал, но не сдал назад. В конце концов, он не мог встать перед народом Дании и сказать: «Послушайте, к сожалению, я не смог!» Возможно, ему и приходила в голову эта идея, но он никогда не рассматривал такой вариант, и я никогда не слышал, чтобы он говорил о том, чтобы сдаться.

В августе в «Гонке ботинок» произошел серьезный кризис. По сравнению с такими испытаниями, как «Адская неделя», марш-бросок на 120 км, десятикилометровое плавание в морской воде и другими экстремальными испытаниями, которые предстоит пройти бойцам, забег на 2400м по пересеченной местности в ботинках и форме менее чем за 11 минут не является непреодолимой задачей для хорошо подготовленных и волевых бегунов вроде Фредерика. Они только что вернулись после 5 дней напряженных тренировок в Ютландии, и тело Пинго полностью истощено. Он не успевает как следует прийти в себя, прежде чем им приходится отправиться в лес, и забег превращается в кошмар. Он приходит последним из оставшихся 6 бойцов. Секундомер показывает 11.43, но это не значит, что Пинго немедленно попросят собрать вещи. Как и другому бойцу, который также не уложился в отведенное время, ему делают предупреждение.

Несколько дней спустя, в разгар августовской жары, забег повторяется, но, в отличие от другого бойца, Пинго опять не удается пробежать за 11 минут. Теперь кризис стал фактом, и опасность того, что Пинго выйдет из игры, неизбежна. Эсбен Олгрин Педерсен, который уже более полугода обладает абсолютной властью над Кронпринцем страны, вызывает его в кабинет, и здесь Пинго получает сообщение, что у него есть 14 дней, чтобы сдать норматив с третьей и последней попытки. Если у него не получится, он покинет корпус.

В 19:00, в один из последних дней августа 1995 года, стартовала самая важная гонка в жизни Фредерика Андре Хенрика Кристиана на сегодняшний день. Олгрин, который сам является отличным бегуном, находится в Конгсёре, где Фредерик бежит третью попытку. Финишная черта пройдена за 10.53, что на семь секунд больше установленного времени! Пинго счастлив и испытывает облегчение, но, по-видимому, Олгрин - нет. Он говорит своему ученику, что это слабо, и он может лучше!

Фредерик: Я никогда не забуду эти три забега в августе 95–го, это было так тяжело, что я был напуган – фактически шокирован - своим состоянием.

Но Фредерик справляется со всем этим, включая марафон, 17 сентября, где он участвует под именем «Пинго Фредериксон». Он также без проблем сдает 14-дневный выпускной экзамен, и, наконец, 3 ноября, ему остается всего лишь пройти под балкой. Он копает песок под Марен, в то время как старые лягушки на пляже кричат: «Давай, Пинго! Кем ты себя возомнил? Королем Дании? Разве ты не хочешь стать лягушкой? Давай, Пинго!»

Вечером Пип, Кварк, Трофаст и Пинго празднуют свое второе рождение в ресторане Sticks'n'sushi в Копенгагене. Годом ранее Данию захлестнула волна суши, и настоящие лягушки, конечно же, должны отведать все вкусности из Мирового океана в самом модном столичном ресторане, где Пинго заранее забронировал столик. Празднование проходит и в других злачных местах Копенгагена и продолжается до утра. По пути встречаются друзья и знакомые, которые поздравляют Фредерика, который за пять с половиной лет стал такой редкостью, как «кандидат наук», и таким образом доказал, что может использовать как тело, так и голову.

Королева Маргрете: Я думаю, что это повлияло на его становление. Это дало ему что-то, даже внешне. Люди, наконец, смогли разглядеть в нем что-то особенное. Дома мы всегда знали, что в нем есть стержень, и, что он на многое способен, но люди были склонны думать, что в Кронпринце нет ничего особенного, и, слава Богу, они так сильно ошибались! Потому что мы знали, что в нем действительно что-то есть. Хорошо, что он сам понял, на что он способен!

Фредерик, спустя год после того, как он пролез под балкой на пляже в Конгсёре, решил выйти на публику и рассказать историю своей жизни по-новому. В двух сенсационных интервью 1996 года – одном в газете, другом в книге - он рассказывает о своем детстве и юности и представляет биографическую историю о себе и своей семье в Амалиенборге. Тревожные переживания и настроения из детства раскрываются, и в нескольких резких вспышках он дистанцируется от некоторых ценностей, которые олицетворяют его мать и отец.

В интервью, которое провели Олав Хергель и Аннелизе Биструп, Кронпринца спросили, чувствует ли он какое-либо давление со стороны своей матери, которая является сильным Монархом. Фредерик отвечает, что так было раньше, но в последнее время он работает над этим и пришел к убеждению, что у него все получится. Читатели могут понять, что Кронпринц справился со своими комплексами неполноценности и чувством бессилия, и тот тип Монарха, которым хочет быть Фредерик, существенно отличается от нынешнего: «Мама - интеллектуальный Монарх. Но я возненавижу себя, если попытаюсь быть интеллектуалом только ради интеллектуальности. Между нами есть разница. Я выбрал физическую форму. У меня это хорошо получается. Моя мама начитанная. В этом она обрела спокойствие и силу. Я же не хочу запирать себя во Дворце. Я хочу жить, я хочу быть собой, я хочу быть человеком».

Когда Кронпринц Фредерик сегодня слушает свои тогдашние высказывания, он удивляется: «Неужели я действительно так сказал?».

Фредерик: конечно, я так не думаю. Но тогда это было равносильно тому, чтобы сказать: «Вот так, дорогая семья! Я уважаю и очень люблю вас, но теперь я здесь, и теперь вы должны принимать меня таким, какой я есть. Я больше не приведение».

Именно переход от приведения к реальному человеку был засвидетельствован позже в книге интервью Нинки, где Фредерик еще раз подчеркивает различия между своей матерью и им самим: «Я двигаюсь в повседневной жизни. Нельзя сказать, что она парит над землей, но есть темы, с которыми она вообще не сталкивается в мире».

В книге все вопросы Нинки отредактированы таким образом, что Фредерик говорит в форме монолога. Он рассказывает о близких отношениях со своей бабушкой, патриархальном поведении своего отца и о детстве, в котором два брата жили в физической и эмоциональной изоляции от своих родителей, и в котором старший страдал от этого больше, но, к счастью, рядом с ним был верный и поддерживающий младший брат. Фредерик никогда не получал никакого ответа на свои заявления в семейном кругу, насколько он помнит. Ни от родителей, ни от бабушки.

Фредерик: возможно, я забыл, но нет, не было никакого домашнего ареста или чего-то еще (смеется). Сейчас я понимаю, что, если бы так поступил мой сын, я бы отнесся к этому довольно холодно. Мы все видели множество примеров, когда дети пишут книги о своем проклятом детстве. Наше воспитание было строгим, но оно не было ни злым, ни несчастливым.

Особенно драматично пересекаются точки зрения, посвященной теме, которая летом 1996 года вызвала оживленную дискуссию в СМИ: кто в конечном итоге может стать новой Королевой Дании? Газета BT обратилась к институту Gallup с просьбой разобраться в этом вопросе и узнать мнение датчан о выборе Кронпринцем супруги. Результаты опроса в подавляющем большинстве случаев однозначны - целых 96% считают, что Кронпринц должен следовать зову сердца и жениться на девушке, на которой хочет. И, по данным института, еще больше датчан считают, что следующая Королева страны не обязательно должна быть Королевской крови или благородного происхождения.

Этот вопрос поднимается несколько месяцев спустя еще раз, когда отношения Фредерика и Кати Сторкхольм, спустя 2 года, заканчиваются. Графиня Рене де Монпеза, которая была чрезвычайно общительна в интервью AFP утверждала, что Монаршая чета Дании никогда не была в восторге от этих отношений: «Катя пыталась изменить свой имидж, но, по-видимому, у нее ничего не получилось. Я не в сердце Фредерика. Я не знаю, что он чувствует. Дети сами решают, в кого им влюбляться и на ком жениться, но они также должны получить согласие родителей».

В дискуссию вмешиваются наблюдатели и эксперты Королевской Семьи, а также представители закона. 17 октября 1996 года историк Бо Брамсен отмечает, что Монархии не пойдет на пользу, если будущая Королева появлялась полуобнаженной в нижнем белье, и это не имеет ничего общего с тем фактом, что она из буржуазии, а с тем, что она датчанка: «Вы разрушите иллюзию, если Кронпринц женится на датской девушке из буржуазной семьи. И если иллюзия волшебства Королевского Дома исчезнет, то в конце концов от Монархии ничего не останется».

В книге Нинки Принц Хенрик четко заявляет, очевидно, от имени обоих родителей: «Если Кронпринц придет и скажет: «Вот девушка, на которой я хочу жениться», - мы открыты к диалогу. Но Кронпринц должен осознавать, что на нем лежит большая ответственность. Если мы сочтем это необходимым, мы поднимем указательный палец. Нам не нужна одна из этих голливудских старлеток, которая просто мечтает выйти замуж за Кронпринца. И мы собираемся поднять этот указательный палец очень высоко.

Однако в 1996 году Фредерик и слышать ничего не хочет о вмешательстве в его личную жизнь. Примерно через 40 страниц после указательного пальца отца в книге следует что-то похожее на средний палец сына: «Что касается моей жизни, и не в последнюю очередь моей личной жизни, я уже давно решил, что сам решаю, кто должен быть в ней, а кто - нет. Нет закона, который бы запрещал мне жениться на ком-то. Я не собираюсь бросать девушку, которую люблю, просто потому что она кому-то чем-то не угодила. Я никогда не пойду на компромисс в этом вопросе.

Фредерик: Я очень хорошо знал, чего хочу в своей жизни, в том числе и в этом отношении. Конечно, я не знал, на ком в итоге я женюсь, но у меня было четкое ощущение, что все будет как надо. Не то чтобы я ставил все на красное, потому что я прекрасно понимал, что не собираюсь жениться. У меня было так много идей и желаний, что я совсем не увлекался такими играми, как «завидный холостяк».

Пер Торнит: Я много раз говорил ему, что он не должен жениться на датчанке! У датской девушки есть датская семья, и там всегда есть какой-нибудь дядя Ааге, который сидит на ступеньках в Хернинге с десятью бутылками пива и рассказывает всем о том, что происходит в Королевской Семье. Чем дальше, тем лучше! Я читал ему эту лекцию бессчетное количество раз!

Фредерик: Я не хотел больше слушать эти «Осторожно!», «мы бы хотели...» и «ты не можешь просто так пойти вон с той девушкой». Вероятно, это было связано с тем, что мой брат только что женился, и мой отец особенно боялся, что я тоже решу жениться. Но, как я уже сказал, я очень хорошо понимал, на каком этапе я нахожусь в своей жизни.

Популярность Кронпринца Фредерика в те годы была колоссальной, и его имидж легко укладывался в голове, когда летом 1997 года в скандинавских еженедельниках появились снимки французских папарацци, на которых обнаженный Кронпринц прыгает в бассейн Шато-де-Кайис из окна второго этажа, а его подруга Мария Монтелл наблюдает за этим с шезлонга. На самом деле, это только укрепило у многих датчан представление о Кронпринце, который одновременно романтичен и прямолинеен.

В сентябре 1998 года Пинго снова становится Кронпринцем Фредериком. Через три-четыре недели он пройдет программу, которая в срочном порядке подготовит его к дипломатической стажировке в Посольстве Дании в Париже, где он будет нести особую ответственность за информирование Дании о позиции Франции по вступлению стран Балтии в НАТО и ЕС, а также Восточной Европы в целом, а также следить за событиями в Африке, где недавно произошел государственный переворот в Нигере.

Фредерик: особенно важна была часть, связанная с ЕС, и перед моим отъездом они хотели провести для меня ускоренный курс по этому вопросу. Но даже после двух недель интенсивного обучения в то время, когда ЕС был интересным знаком, я не до конца все понял. А затем, в начале октября 1998 года, я отправился в Париж, где мне предстояло пробыть 13 месяцев.

Кронпринц получает квартиру в квартале Маре, на улице, выходящей окнами на Сену, а работа секретарем Посольства и многочисленные возможности для общения с МИДом Франции в сочетании с его собственным французским происхождением и академическим образованием быстро приводят его в самое сердце культуры, полной привычек, с которыми он часто встречался в начале своей жизни, но будучи подростком и молодым человеком, старался дистанцироваться. Но все изменилось.

Фредерик: на этом этапе моей жизни я просто почувствовал, что готов познакомиться с Францией, пожить там и все такое. Мой дорогой отец не мог понять, что ранее я уехал в Соединенные Штаты, хотя с таким же успехом мог бы поехать во Францию. Помню, сразу после окончания гарвардской ординатуры я сказал ему: «Знаешь что? У меня такое чувство, что однажды я поеду во Францию. Не для того, чтобы сделать тебя счастливым, а потому, что я никоим образом не отрицаю своего французского происхождения». Именно тогда, когда я был в Париже, я начал немного задумываться о том, встречу ли я здесь свою избранницу? Это могла быть француженка или просто иностранка, потому что у меня всегда было чувство, что какими бы удивительными, красивыми и независимыми ни были датчанки, я был уверен, что моей будущей женой никогда не будет датчанка. К счастью, я никого не встретил в Париже.

Однако во время пребывания в Посольстве в Париже в 1998-1999 годах на карте мира были и другие области, помимо Восточной Европы и Африки, которые занимали внимание и мысли секретаря Посольства. Предстоящие Олимпийские Игры в Сиднее в сентябре 2000 года стоят на первом месте в его списке желаний, но еще более масштабным и смелым в ближайшем будущем станет проект в Северной Гренландии, в котором Фредерик согласился принять участие на пять месяцев.

Идея проехать 2795 км на санях по Северной Гренландии, чтобы отпраздновать 50-летие патруля Сириус, возникла в начале 90-х годов у четырех старых патрульных, в том числе у друга Фредерика по корпусу людей-лягушек Сёрена Бредвига, который, как и все остальные, мечтал вернуться к бескрайним просторам и одинокой жизни в дикой природе. Однако идея была воплощена в жизнь только в 1997-98 годах, когда финансирование приключения стало осуществляться по соглашению с кинокомпанией. Это также означало, что в экспедиции будет участвовать оператор, который снимет 6-серийный документальный фильм «Экспедиция Сириус 2000», который покажут по телевизору.