10 En ny disciplin

[mr_aug]

10 En ny disciplin


«Назад! Назад!» - заорал я, чтобы быть услышанным в шуме стрельбы. В тоже время я увидел, как из машины Расмуса (позывной «Виктор-1», В1) стреляют дымовой гранатой, чтобы выиграть несколько секунд и уйти из опасной зоны в огне противника. Фосфорный дым менее чем за секунду создает непроницаемое дымовое одеяло.

Джеспер, которому хорошо все видно с его места на крыше в турели с тяжелым пулеметом, крикнул – «Контакт, контакт! На час! 250 метров!». Это самый короткий и точный способ сказать все необходимое. Затем я услышал, как наш тяжелый пулемет М2 «Браунинг» 50-калибра начал стрелять.

Джеспер контролировал отдачу и темп стрельбы. Но он действовал незамедлительно, зная, что три товарища по патрулю в В1 находятся в опасной близости к врагу, в отличии от нашего В2. Я инстинктивно обернулся, посмотреть свободен ли тыл. Тоже самое сделал мой напарник Иргенс.

Мы оба увидели участок на местности, который только что проехали, и который мог обеспечить укрытие для нас. Иргенс поднялся с сидения, предварительно выставив автоматическую коробку передач на задний ход. Затем, глядя назад, он начал потихоньку придавливать педаль газа, вызвав брызги песка во все стороны, во время движения машины.

Было слышно, как стучит пулемет на В1. Эта какофония звуков звучала просто безумно. Надавив кнопку гарнитуры на плече, я сообщил для первой машины - «Мы под огнем противника, отступаем …. Назад, назад!!!!». Я практически орал, что вообще-то ошибка при радиосвязи. Но я ничего не мог поделать с собой – Джеспер стрелял из пулемета прямо над головой. За одно нажатие гашетки он выпускал ливень из 4 или 6 тяжелых пуль калибра 12.7 мм.

Пауза, осмотр, прицеливание, снова очередь!

Я видел, как трассеры исчезали на вражеской стороне.

Прошло пять-десять секунд, а затем, наконец, появился В1. Он практически вылетел из дыма …. задом наперед! Хенрик за рулем В1 ехал одинаково хорошо, как вперед, так и назад. Для него это типично. В молодости он работал на ферме и в совершенстве освоил сельскохозяйственную технику. Хенрик был талантлив во всем, вряд ли было что-то, что он не делал лучше большинства.
Когда они пронеслись мимо нас, я увидел, что Хенрик выглядит одновременно расслабленным и сосредоточенным. На долю секунды он посмотрел на меня и улыбнулся, когда большая тяжелая патрульная машина летела задом наперед.

Когда В1 миновал нас, я выстрелил две дымовые гранаты вперед, создав новую пелену. Теперь уже мы были на границе огня противника. Оба пулемета все также стреляли.

В наушнике послышался голос Расмуса – «Мы стоит в 65 метрах сзади, на 5 часов!»
Иргенс надавил наконец на газ и резким поворотом влево развернул нас носом к В1. Я нажал на кнопку сброса дымовых гранат, установленных сзади.

Слева я увидел В1. Он стоял в идеальной позиции, было видно пулеметчика в турели. Но Расмус стоял на колене рядом с машиной и целился из АТ-4 в нашу сторону. АТ-4 это современная вариация базуки и используется для уничтожения бронетехники.

Нас явно преследовали.

БМП?

Затем сверкнула граната, и я услышал звук взрыва за спиной. Точно стрелять из гранатомета непросто, тем более быстро, но Расмус был хорош с ним.

Я попытался развернуться на сидении, чтобы оглянуться, но не смог. Бронежилет и разгрузка мешали мне, и я просто держался за все что можно, пока В2 яростно прыгал по пересеченной местности, подчиняясь Иргенсу. Джеспер не стрелял. Это было бы бесполезной тратой боеприпасов в такой ситуации.

Расмус передал - «Добро пожаловать!».
С первого выстрела на все ушло около минуты.

Мы укрылись за небольшим курганом и Джеспер возобновил огонь, по-прежнему короткими очередями.
Иргенс вышел в эфир - «В1, мы в 125 метрах позади, на 8 часов!».

Я выпрыгнул из машины и взобрался на курган. В1 уже был в пути. Теперь мы были достаточно далеко и больше не нуждались в совместном движении перекатами.

«В1, здесь В2, продолжайте движение назад за большой холм и ждите нас там. Мы зайдем с севера» - сообщил я Расмусу. Он подтвердил получение, затем их машина выстрелила еще один дым и Хенрик надавил на газ, исчезнув за холмом.
Мы встретились какое-то время спустя на грунтовой дороге, ведущей на север. Образовав компактную колонну, машины увеличили скорость, благо дорога позволяла.

Примерно через милю мы остановились в зоне отдыха, оборудованной скамейками и столом. Скинув снаряжение в машины, егеря стали собираться вместе. Было слышно, как Иргенс и Хенрик разговаривают.

Хенрик – «Вы не должны проезжать так близко к нам, при отступлении, мы скучиваемся в этот момент».
Иргенс – «Я согласен, но в тот момент я не мог выбирать, ехать можно было только по той канаве».

Итак, обычная для егерей дискуссия и обмен мнениями начались. Расмус предложил поесть здесь, раз уж мы все вместе. Я позвонил руководству полигона и сообщил где мы, и что тренировка закончена.

Это было в Оксбёле, Дания, ледяная весна 2003 года.

Теперь мы собрались обмозговать то, ради чего тренировались. Это должно было использоваться как жизненно важное знание для более поздних задач. После возвращения из Афганистана летом 2002 года встали новые задачи. Коалиция готовилась отправиться в другое место, чтобы продолжить работу против террористической сети «Аль-Каида» - в Ирак.

Было разумно предположить, что именно там мы и будем работать в следующий раз. Мир был неспокойным местом, и датские политики согласились стать участником этой войны. Это означало, что мы скоро приступим к работе, и я ни о чем не жалел.

Сейчас мы готовимся к предстоящей задаче в Ираке.

Оксбёль считается полигоном для тренировок военных снайперов, и он был достаточно большим для нас, чтобы практиковаться в стрельбе на дальние дистанции из крупнокалиберных пулеметов, установленных на наших транспортных средствах. Наш обычный полигон для стрельб в Хевринге тоже была очень хорош, но для длительных учений по маневрированию групп на машинах Оксбёль был намного лучше. Мы получили лучшее, потому что снова собирались воевать.

Егеря открывали для себя новую дисциплину в Корпусе, и по сравнению с компактными патрульными стрелковыми сценариями, которые можно было вести на площадках 300 x 500 метров, тренировки с новых Hummer-ов часто требовали километровых расстояний.

Мы снова и снова обсуждали тренировку, съев добрую порцию горячих сублиматов. На нашей работе нет ничего лучше, чем получать горячую еду и большую чашку горячего сладкого какао.

Говорили об углах стрельбы. Когда V1 и V2 двигались слишком близко к одной и той же линии во время сближения, углы стрельбы становились узкими, и шансы на хорошую и эффективную стрельбу на подавление уменьшались. Что ж, в следующий раз нужно большее расстояние между машинами.

Расмус попал из своего АТ-4. Очень хорошо, но с его размещением на транспортном средстве нам нужно немного поработать. Расмус говорил, что проблематично быстро вылезти и достать гранатомет из машины. Может, стоит поискать специальные резиновые ленты, которые можно было бы подвесить снаружи? Ну да ладно, запишем и это в записную книжку дел патруля. На следующую неделю уже образовывался небольшой проект.

Джеспера раздражало то, что он не мог эффективно стрелять на ходу, и он чувствовал себя «сидящей уткой» на крыше машины, ни в силах что-либо сделать. Я понимал его. По крайней мере, я и Иргенс сидели в салоне машины, а Джеспер «летел» наверху, перед всем миром, будучи самым уязвимым членом команды. Он попросил делать «перекаты» на машинах немного короче, и в этом что-то было. Это давало ему больше возможности стрелять. Очередная запись в книжке на будущее.

Хенрик сказал, что при таком быстром движении задним ходом, он не видел всю дорогу сзади. А там были достаточно большие воронки от авиабомб. Йонас подсказывал ему куда ехать, а когда машина начинала «козлить», Хенрик сбавлял газ. Тем не менее, это был риск. Если бы мы въехали в достаточно большую яму, то это определенно было бы больно. Дело в том, что мы не могли ехать с пристегнутыми ремнями. Это было совершенно нереально и небезопасно при быстром покидании машины. А при переворачивании определенно пострадал бы стрелок наверху, не говоря уж о нас, внутри металлического, грубого, и в некоторых местах острого, салона.

Но все было так как есть, и мы жили с этим риском. Все было ранее оговорено и все согласились с этим. Вы должны тренироваться так, как хотите сражаться. На тренировке мы должны стараться изо всех сил, подойдя к самому краю для нас и машин, чтобы знать все о надежности снаряжения, об эффективности наших тактических процедур и нашей способности заставить все это «играть».
Никто не протестовал. Необходимо было пройти весь путь и все это знали.

Когда мы поели и немного расслабились, то разобрали детали, которые нужно было бы улучшить на следующем сценарии тренировки.
Мы пошучивали друг над другом, особенно над Расмусом, который решил начать курить. Он не хотел курить, но все время пытался. Это было типично для Расмуса. Он думал, что это будет элемент немного безумного имиджа егерей. По мне так это был просто безумный юмор Расмуса. Он поддерживал настроение группы своими маленькими шутками, включая эту. Когда Расмус доставал сигарету, то нарочито несерьезно и неопытно держал ее, кашляя и фыркая на вдохах. В течении нескольких последующих месяцев это стало его наиболее частой шуткой, поддерживая дух патруля.

Группа приготовилась к новой тренировке. Все винтовочные магазины были набиты боевыми патронами,поставлены новые ящики с лентами для тяжелых пулеметов и установлены новые дымовые гранаты.

Больше тренировок! Снова, снова и снова.

После наших операций в Афганистане в 2002 году, США развернули боевую компанию против стран, в которых ранее базировались террористы и которые открыто выступали против западного мира. Американцы называли это «осью зла». Это слово хорошо подходило к преувеличенной манере риторики Буша. Он заявил, что хочет войны с терроризмом и у него была поддержка Конгресса. Атака 11 сентября была все еще свежа в умах американцев и Бушу было легко убедить большинство американских политиков поддержать следующий шаг в борьбе с тем, что датская пресса окрестила «государства-изгои».

Ирак занимал второе место в списке, после Афганистана. Эта страна уже потерпела поражение десять лет назад, когда попыталась захватить Кувейт. Этого было мало? В 2002 году США не были особо «добренькой» державой. На мой взгляд, Буш был слишком воинственен, но в данном случае Дания не выбирала сторону. Я считал, что США выполняют важную миссию для западного мира, и был с ней согласен. Но, при прочих равных, все же было бы лучше, если бы кто-то, вроде Клинтона, представлял бы собой политику США в тот период.
Тем не менее, в Ираке были тренировочные лагеря «Аль-Каиды» и Ирак обладал оружием массового поражения (ОМП). США и коалиция решили не оставлять этого.

Оглядываясь назад, теперь известно, что ОМП в Ираке не было. Возможно, часть этого оружия была перевезена в Сирию или другие «дружественные» Ираку страны. Тренировочные лагеря могли быть быстро уничтожены. Но в Ирак был Саддам и это все меняло. Он не соблюдал никаких международных соглашений, и он уже использовал ранее ОМП.

[здесь должны быть страница, описывающая какой «злодей» Саддам. из 2021 года она кажется сверхциничной, зная какие разрушения принесла Коалиция в Ирак. Позволю себе ее не приводить. Переводчик.]

В 2002 году Конгресс разрешил администрации Буша использовать «все необходимые средства» против Ирака для противодействия новому «11 сентября 2001 года», которое произошло годом ранее и которое внезапно сделало всех американских пожарных новыми героями нации. В итоге, Буш пошел на штурм.

Как всегда, Корпус егерей готовился к наиболее вероятному сценарию. Наиболее логичным выбором, помимо наших обычных разведывательных задач, было участие в боевых действиях в качестве подвижного подразделения; группа, которая может быстро передвигаться и покрывать большую площадь. Предполагалось использование противником бактериологического и газового оружия. Это создавало новую и пугающую угрозу.

Противогазы, резиновые перчатки, костюмы химической защиты, много различной медицины, измерители концентрации газа, механизмы газовой сигнализации и многое другое. Все это в некоторой степени подходило и против бактерий. Работа в химически или бактериологически загрязненном районе намного опаснее, чем бег под градом пуль противника. Это большая проблема и много новых знаний и навыков, которые нужно получить и усвоить.

Костюмы химической защиты, по сути, это дополнительный слой водонепроницаемой одежды с тонким слоем встроенного активированного угля, который «атакует» любые частицы газа и спасает человеческое тело, изолируя его от проникающей пыли, летящих частиц и жидкости.
Наша работа в Афганистане дала нам хорошую репутацию, и мы наконец получили признание. Хорошая связь с SOCOM, вероятно, также пошла на пользу. Мы стали частью именитой «семьи» спецназа.

Коалиция разделила Ирак на четыре равные части, так называемые оперативные зоны. Спецназ США отвечал за одну, британцы за другую, австралийцы за третью, а мы, егеря – за четвертую и последнюю. Компания собралась первоклассная, и на этот раз нас пригласили к «столу» до того, как будет подано основное «блюдо».

Это была большая и ответственная задача. Нашей оперативной зоной была огромная территория к юго-западу и западу от Багдада. Задача была выполнима только на боевых машинах, и она заключалась в поездке по пустыне, в поиске противника, наведении на него бомбардировщиков Коалиции и в итоге разгроме иракских сил на земле. Одной из основных целей были иракские ракеты «Скад», которые представляли угрозу для войск Коалиции, так как могли нести ОМП, в дополнении к обычным зарядам взрывчатых веществ.

Мы тренировали инфильтрацию в «серой зоне», используя пляж в Блокхусе, прикрываясь большими дымами фосфорного дыма. Пары фосфора опасны для жизни, потому что горящий фосфор мгновенно создает огромное количество дыма, которое не может быть потушено или смыто водой. Он горит сразу же при контакте с кислородом и легко воспламеняет все, на что попадает. К счастью, мы избежали проблем с ним.

В Дании медленно приближалась весна, как будто спрашивая разрешения у зимы. Все было завалено снегом и было холодно, как обычно, когда влажный ветер смешивается с холодом. Командировка в Ирак была близко, и мы не могли позволить себе выехать за границу, чтобы провести более тщательную подготовку к климату и местности Ирака. Нам не хватало 50-градусной жары и пустыни. Пришлось использовать странную комбинацию тренировок с новыми Hummer-ами и анализируя опыт работы в климате Афганистана.

Егеря проводили огневые стрельбы и радиотренировки на стрельбище в Трануме и в лесах и пляжных дюнах Северной Ютландии.

Ветровое стекло с правой стороны машины было убрано и без него было очень холодно на ходу. Мы решили, что водитель, который все равно не стреляет во время движения, может сохранить пуленепробиваемое стекло, чтобы иметь хоть какую-то защиту. Мы также сняли все двери в машине и в крыше была дыра, где сидел башенный стрелок, закутанный во всю свою одежду, с недавно установленным 12.7 мм пулеметом.

В этих условиях требовалось чертовски много воображения, чтобы представить какие проблемы может создать жара.
Тем не менее, мы начали чувствовать, что контролируем все, что можно. Программа обучения подошла к концу.