mr_aug

Там много живности. Всякой разной - и дикой , и домашней, и, вообще - непонятно, какой. Начиная от вирусов и бактерий, и заканчивая кабанами, волками, косулями. Но, особое место в окопной жизни занимают котики, опережая по индексу полезности, нужности и фотогеничности, даже служебно-поисковых собак.
Ибо, котики спасают от мышей и крыс. А это - исчадье ада, которое ниспослано из глубин адских подвалов с целью максимально быстро и бесшумно навредить всем находящимся на передке и в тылу, независимо от звания, должности и количества боевых заслуг. Никакие мышеловки, яды, отпугиватели, липкие книжки и прочие промышленно-самодельные устройства не в состоянии, хотя бы, на десять процентов уменьшить вред, который наносят эти твари военному и любому другому барахлу.
Апофеозом проигранной борьбы явились несколько сотен погрызенных СПЗ - стартовых пороховых зарядов к РПГ, которые служба вооружения ни в какую не хотела списывать на мышей, поскольку , не верила в привлекательность пороховых пластин для мышиных зубов. Через неделю после этого мыши разгрызли шнурки на ботинках начальника службы вооружения, его двухмесячный запас сигарет, но , самое страшное - ампулы с казённым промедолом.
Теперь, в свою очередь, начмед ехидно поинтересовался у бедолаги - с каких это пор грызуны употребляют, исключительно, двухкнопочное мальборо-голд компакт по двести пятьдесят рублей пачка, и, презрительно пропускают синий контрабандный винстон?
Вобщем, вы поняли - спасают нас только котики. Большинство фоток - не мои, честно потыренные, если объявится автор - заранее согласен.
Котики и собаки - они, как солдаты. Настоящие. Только не знают об этом. И, гибнут под снарядами и дронами, подрываются на минах и медленно умирают под завалами от голода и жажды. Честно и преданно несут свою нелёгкую службу. Получают ранения и контузии. Не получают наград и выплат. И - тоже не знают, когда же кончится вся эта вакханалия и наступит мир.

Это Грымза. Прибилась к нам в районе Кременной. Молодая, глуповатая, бегала, нескладно махая породистыми худыми ногами, гоняясь за брошенной палкой. Когда на нас в первый раз сбросили кассету с противопехотными минами-ловушками, Грымза первая побежала к чёрным парашютикам-убийцам, облаивая незнакомые предметы, спустившиеся с неба.

Подбежала первой, получила три осколка - в лапу, под лопатку, в хвост. Не дала подойти караулу, приняв взрыв на себя. Спасла жизни, минимум, троих наших бойцов.

Вылечили, выходили, стала наша Грымза бегать, облаивать незнакомые штуковины, всё чаще и чаще сыпавшиеся на наши блиндажи.
Погибла под обстрелом в начале марта 23-го года. Похоронена с воинскими почестями в лесу, севернее нп Кременная.

Машка. Попала к нам совсем маленьким котёнком. Получила ранение в результате миномётного обстрела. Сумела выжить, выздороветь. Принесла первую пойманную мышь, когда рана ещё не зажила. Погибла в заваленном от взрыва, блиндаже.

Рыжик. Был тяжело контужен. Пропал без вести под Северодонецком.

Кот Майонез. Жил на самом передке, на Торском выступе. Абсолютно пофигистически относился к обстрелам, дронам, прочим ужасам войны. Перешёл по наследству к сменившему нас, подразделению.